Get Adobe Flash player

Лічильники

Реклама

Баннер

"Живі пісні глибокої старовини"

Живая кровь глубокой старины

Предрассветная тихая песнь матери

Ой,вы звёзды зоряницы, есть вас на небе три родные сестрицы, а четвёртая – доченька моя, весною рождённая, Зореславой наречённая. Вы же звёзды сестрицы счастье Зореславе соберите, а суженного добра молодца в дом наш приведите, богатством земным и небесным одарите, а здоровьем не обделите! Отцом небесным и матерью сырой землёй молю вас! Дай боже!

Встать до света и первой во всём селении зажечь огонь, иным хозяйкам на зависть и на почин, то уже была многолетняя привычка, и можно было в сей час не делать этого, ибо уж многие лета как муж ласковый сгинул, что гордился своей красивой и мудрой женою. Некому теперь похвалить, и опереться не на кого, сын один лишь был, да умер младенцем, а старшая дочь после свадьбы погибла из-за родового проклятья молодого мужа и своей беспечности. Тяжкая вдовья доля, да родичи со свояками помогают, не дают голодать. Дочку младшую удачно замуж нужно отдать, вот ведь забота! Переезжей свахе платить надобно, а в доме ведь нет почти ничего ценного. И парней нет годных во всей округе, были добры молодцы да полегли прошлым летом в лихой сече братоубийственной, мстили полянам за обиду племени да сложили головы свои молодые в могилу высокую. Ох, беда, беда, слёзы горькие девам, матерям и жёнам!

 

МОЛЬФАРІУМ

Глава перша

Чаклун

- Не віддавай мене їм, не віддавай! – закричав Марлін, притуляючись до маминої спідниці, але мати відштовхнула його. Брудні руки в ту ж мить вчепились в одяг юнака, декілька чоловіків схопили його і потягли через натовп жінок, які вигукували прокляття і намагалися вдарити Марліна по обличчю. – Я не винен! – верещав юнак, але його ніхто не слухав, навкруги були лише злі очі, навіть мати дивилася з огидою на сина. Якби був живий його батько, він б не дозволив їм це зробити, але батько помер, тепер ніхто в селищі не заступиться за малюка.

- Зв’яжіть його! – наказав ватажок, чорнявий чоловік, який був одягнутий у шубу з хутра лисиці. Марліна кинули просто в калюжу і почали зв’язувати його обривками мотузок, до болі заламуючи руки і ноги, щоб він не виривався. – Заткніть йому пельку, бо верещить, як порося! – знову наказав ватажок.

 

Моя борьба

Первую книгу о древнем славянском язычестве я написал еще в 1991 году. Житомирское издательство «Олеся» собиралось выпустить ее тиражом 50 тысяч экземпляров, но вместо того чтобы забрать гонорар - я забрал из издательства 120 страниц рукописи, точнее, машинописи, так как текст был напечатан на пишущей машинке «Лыбидь», которую родители подарили мне к 14-летию. «Мне нужно доработать текст, он еще не готов к печати», - сообщил я удивленному редактору, но на самом деле я понимал, что текст вообще никуда не годен и мне будет через несколько лет стыдно за этот опус. Прошло 18 лет, появилось множество книг о язычестве, но, к моему глубокому сожалению, очень часто это опусы очень низкого качества, а я все еще работаю над каждым словом своей повести. Так уж сложилось, что учение «Великого Огня» передавалось моим ученикам устно, в долгих беседах и лекциях, во время обрядов, во время тренировок. Это было неплохо для начала, но сейчас информация распространяется в мире слишком уж быстро, если уж что и не доработано в этой книге, пусть читатель простит меня за это.

Князь Огин.

 

Останній з городян

Євген Олексійович Павленко, історик, лінгвіст, людина - яку Князь Огін називає найкращим із своїх вчителів. Вони познайомились у вісімдесят дев'ятому році, молодий парубок з палаючими вогнем очами, та сивий філософ, чиї очі світилися мудрістю.

 

Кривава Коляда

Шановному S. E.
Присвячую i дарую Вам це оповiдання.
Геннадiй.

Кривава Коляда

Гори і долини, і високії могили були посріблені сяйвом повного місяця, який засліплював безліч малих зірок, лише найяскравіші сузір'я мерехтіли на темній безодні зимового неба, а крім того червоне око Ареса спостерігало з вишини за рухами немолодого воїна. Місячний промінь спалахнув по лезу важкого меча, земля здригнулась, далекі зорі наблизились, холодний морок став прозорим, Воїн похитнувся, затремтівши, десниця не втримала меча.

 
Еще статьи...